На экраны российских кинотеатров вышел фильм про российских летчиков, основанный на реальных событиях. 3 августа 1995 года самолет Ил-76 с грузом боеприпасов для советского правительства в Афганистане, отбивающегося от талибов, был посажен истребителем Талибана под Кандагаром. Летчики (их было семь, в фильме – пять) год провели в плену, где их пытались обратить в ислам и заставить учить летать талибов. 16 августа 1996 года, во время очередного техобслуживания ценимого талибами Ил-76, летчикам удалось угнать самолет. Фильм режиссера "Охоты на Пиранью" Андрея Кавуна "Кандагар" – впечатляющая почти документальная хроника тех событий.

"Кандагар" - фильм-высказывание, фильм-рассуждение, фильм-тоска. Не самое лестное сравнение, но эта убедительная психологическая драма - не для развлекательного просмотра: фильм не позволяет себя смотреть, только наблюдать - и погружает к финалу в какое-то задумчивое состояние, когда глядишь на экран, а картинку видишь как бы сквозь него. С "Кандагаром" России было бы не стыдно на "Оскаре".

Первая половина фильма довольно муторная: среди всего случившегося в ней увлекает только впечатляющая сцена бомбежки Кандагара истребителями, необычно снятая с неба и с земли. Но эпизоды, заставляющие в душе что-то шевельнуться, начинаются после середины - с отчаяния радиста, готового принять ислам, чтобы вернуться домой.

Все пятеро (семерых, чтобы выстроить драматический конфликт, Кавуну не потребовалось) играют слажено и на редкость здорово. Без пафосного героизма, бравурной музыки и прочувствованных речей, в спектре от мрачного выжидания до срывов, решимости и отчаяния Андрей Панин, Владимир Машков, Александр Голубев, Александр Балуев и Богдан Бенюк рисуют характеры - и с ними делаешься заодно в безвыходности плена.

Не то чтобы совсем никаких ценностей - но повезли боеприпасы в Афган, где гражданская война, под видом амуниции. Вечная надежда на авось, как и в мощном финальном эпизоде побега из плена.

Не то чтобы братья и накрепко стоим друг за друга (уж скорей на рожи друг друга глядеть невыносимо) - но все за одного ("Без Сереги не полетим!"), а из эпизода с гранатой ясно, что и один за всех.

Не то чтобы своей головы на плечах нет - но вся надежда на "главного", и глухая бездеятельная злоба, когда всем плохо, а он ничего не может сделать. И самому за себя не спастись: герой Машкова, весь плен оставаясь дерзко независимым, ярко выражает это в характере - покинув остальных, он не знает, что ему дальше делать; выходит на обрыв и просто любуется пейзажем.

Не обойден вниманием и культурологический аспект: в "Кандагаре" дано сильное и внушительное высказывание от лица Востока в адрес западной цивилизации - про то, что бедные, голодные и идейные все равно победят сытых и богатых.

"Кандагар" - кино не героическое. На финальном титре даже странно воспринимаются слова про какие-то медальки за мужество. Но в сцене с мальчишеской беготней героев под живительным афганским дождем начинаешь ощущать, что гвозди гнутся, а такие люди нет. Пилот в России больше чем пилот.

А восхитительно голубое небо в начале и в конце "Кандагара" без лишней артикуляции, ясно и открыто говорит, что свободу русский воспринимает не практично - как какой-нибудь американский либерал. Она ему для души, и почти насущная потребность - как воздух - без которой ни охнуть, ни вздохнуть.