Иностранные фильмы о советском периоде русскоязычным зрителем всегда воспринимаются через призму недоверия и с убежденностью, что будет развешена щедрая «клюква» - водка, матрешки, медведи и балалайки. Стереотипы, от которых трудно избавится, и которые так раздражают.
В этом же сериале из клише о быте восьмидесятых выделяются лишь повсеместное режущее слух обращение «товарищ», да несчетное количество поллитровок – может возникнуть обманчивое впечатление, что водку пьют везде и все, как лимонад. Про прочие исторические и детальные неточности - о виде из окна московской больницы, экипировке шахтеров, моделях роботов и палаточном городке - уже высказались многие эксперты и непосредственные участники ликвидации аварии.
Сегодня, спустя более тридцати лет, специфические детали тех событий все еще важны для специалистов, а для тех же, кто не застал тот период, американской драматический сериал «Чернобыль» - прекрасный мотиватор узнать о катастрофе подробнее и сделать свои личные выводы, не ограничиваясь лишь режиссерской интерпритацией.
Создатели не претендуют на документальный фильм, но их версия тех страшных событий подкупает вниманием к человеческим судьбам конкретных людей - пожарных, шахтеров, ликвидаторов - и милосердием к жителям пораженных радиацией территорий: не случайно финальные минуты отданы поминальной молитве «Вечная память», в великолепном исполнении мужского хора под сводами храма.
Авторы стремились к максимальной аутентичности - съемки происходили на остановленной Игналинской АЭС (Литва), построенной по схожему проекту с Чернобыльской АЭС.
Композитор, исландка Хильдур Гуднадоттир, специально приезжала сюда, часами вслушивалась в звуки станции: эхо длинных коридоров и рабочих помещений, скрип дверей и шорохи окружающего пространства. Даже если закрыть глаза и слушать только саундтрек – уже будет достаточно, чтобы почувстовать дыхание реактора, скрежет металла и тревожный гул сквозняков. Музыка завораживает и окунает в атмосферу предчуствия трагедии, затем взрыва и наконец осознания, что люди столкнулись с чем-то нечеловеческим, невидимым и всепроникающим.
Наука постоянно развивается, позволяя современному обществу пользоваться своими плодами, о которых предудущие поколения и мечтать не могли – атомная энергия, информационные и нанотехнологии . Однако, цена человеческой ошибки теперь невероятно высока – к катастрофе может привести банальная усталость, невнимательность, недостаточная компетентность или спешка, не говоря уже о злом умысле.
Прогресс стал возможен благодаря ученым, поэтому логично, что и спасение ожидается от них же. Слова коллеги проф. Легасова, Ульяны Хомюк (пусть и вымышленного персонажа, собирательного образа всех ученых, боровшихся с последствиями аварии) – «К черту наши жизни!» - звучат убедительно и искренне, потому что для настоящего ученого важна только истина – та, ради которой когда-то было не страшно взойти на костер инквизиции, а сегодня - лишиться всех должностей и привилегий. Иначе научный мир остановится и превратится в болото, а не в двигатель человечества.
Вопрос «Какова цена лжи?» звучит как лейтмотив сериала. Завеса лжи и недосказанности окутывает реактор задолго до аварии, изначально проникая в проектную документацию, затем расцветая при сдаче в эксплуатацию и наконец рванув при организации роковых испытаний – любое преступление начинается с маленькой лжи.
Страшные события апреля 1986 г. унесли тысячи жизней, и каждый год они все еще забирают уцелевших тогда - тех, кто получил свою дозу радиации; многие тысячи жителей лишлись крова и всего имущества; были вырублены леса и уничтожены животные; неизгладимые шрамы на долгие годы останутся на нашей планете.
Этот сериал – как напоминание и поминальная молитва о жертвах аварии и ее ликвидаторах, пусть местами излишне драматизированно и с художественными отступлениями от фактов, но ярко и незабываемо рассказывающий всему миру историю Чернобыльской АЭС. Вечная память.