Чикаго, 1934 год. В кинотеатре «Biograph» на Линкольн-авеню крутят фильм «Манхэттенская мелодрама» с Кларком Гэйблом. В зале сидит человек, известный на всю Америку, с которого был списан персонаж Гэйбла в этом фильме. На улице – с десяток агентов ФБР, вооруженных пистолетами, которым дано личное указание Гувера не арестовывать сидящего в кинотеатре человека, а расстрелять на месте. Близится самый драматический эпизод биографии популярного грабителя банков Джона Диллинджера, про которого режиссер «Схватки» и «Соучастника» Майкл Манн снял свой новый фильм «Джонни Д».

«Джонни Д» идёт два с лишним часа, и за это время на экране проходят четырнадцать месяцев из жизни американского гангстера Джона Диллинджера, которого сыграл в фильме Джонни Депп. Майкл Манн, которого достоверность происходящего и профессионализм героев всегда интересовали больше, чем мораль и экранная зрелищность, сделал в новой картине ставку на погружение зрителя в атмосферу американских 1930-х и в эмоциональную сферу жизни Диллинджера.

Как ограбление банка, «Джонни Д» ищет подготовленных. Идя на этот фильм, нужно иметь хотя бы минимум знаний про Диллинджера, Гувера, гангстерские войны в Америке и историю рождения ФБР. Случайный зритель не обнаружит в «Джонни Д» ничего нового – кроме разве что ошеломляющего эффекта присутствия, обеспеченного цифровыми HD-камерами и документальным стилем съемки (когда на экране палят из «Томми-ганов» с одной руки, как будто сам чувствуешь отдачу).

Для поверхностного взгляда «Джонни Д» - довольно банальная история про обаятельного гангстера, который влюбился в гардеробщицу, а им все мешали (особенно скучный тип в шляпе по имени Мелвин Первис – блестяще, кстати, сыгранный Кристианом Бэйлом). События изложены почти сумбурно: вот Диллинджер с бандой бежит из тюрьмы, вот грабит банк, оставляя кассиру его пятёрку («Мы пришли за деньгами банка»), смотрит скачки, громко палит словно у тебя над ухом из автомата Томпсона. Яркие финальные сцены несколько разнообразят впечатление предсказуемости, но в целом неподготовленному зрителю на «Джонни Д» нечего ловить.

Тем, кто сколько-нибудь знает про Диллинджера и ФБР, фильм откроется совсем другой стороной: на таких зрителей с экрана дышит легенда. Джон Диллинджер в 30-е был таким же популярным, как сейчас Джонни Депп: про него весной 1934-го писали больше, чем про Обаму в 2008-м. Он был социопат: мог одолжить заложнице при ограблении банка своё пальто, а потом возвращался и в упор всаживал целую обойму пуль в полицейского, который трижды попал ему в бронежилет. Полиция в США тогда действовала только в пределах штата, а ФБР еще начинало укрепляться – и гангстеры, включая Диллинджера, совершали дерзкие налёты и уходили от погони на самых мощных машинах вроде Форда В с двигателем V8 – либо расстреливали полицейских из скорострельных «Томми-ганов». Эдгар Гувер объявил преступности войну – и за двадцать месяцев агенты молодого ФБР перестреляли почти всех гангстеров в Америке.

В фильмах Майкла Манна всегда фигурировала тема конфликта человека-личности с корпорацией-человекорезкой, созданной вроде теми же людьми, но превратившейся во что-то неживое, античеловеческое, преследующее словно собственные гигантоманские интересы. Вооружив профессионализмом и доблестью своих героев, Манн выталкивает их на арену гладиаторской борьбы с системами, в которых личность потеряла своё центральное значение. Порой торжествуют личности и взаимное уважение («Схватка», «Свой человек»), порой – система, в каком бы виде она ни выступала («Полиция Майами», «Соучастник», «Джонни Д»).

Личностью Диллинджера режиссер интересовался уже давно: еще в 70-е он сделал набросок сценария про популярного бандита. Тогда проект был отложен, но в начале 2000-х ФБР рассекретило архивы про гангстерские войны – и вышел документальный роман писателя и публициста Брайана Бэрроу «Враги общества: Величайшая волна преступности в Америке и рождение ФБР». Вдохновленный книгой, Майкл Манн снял давно задуманный фильм.

Страшная ирония «Public Enemies» отражена в названии (оригинальном, а не коммерческой пошлятине локализаторов - «Джонни Д»): врагом общества номер один Эдгар Гувер «назначил» самого обаятельного из гангстеров, которого общество любило едва ли не сильнее, чем нынешних рок-звёзд. А методы набирающего силу Бюро заставляют сомневаться: кто был врагом общества на самом деле, и какой линейкой вообще мерить ценности общества и личности?

Диллинджер хотел, чтобы его любили, и был фактически настоящей рок-звездой, когда в мире еще не было рок-звезд. В конечном счете он добился своего: после стольких лет замалчивания (Гувер не хотел делиться славой) и долгого погребения в архивах Брайан Бэрроу вынес на свет правду о гангстерских войнах, а Майкл Манн снял про Диллинджера великий фильм. Главный поп-гангстер всех времен в нём предстает живым и настоящим: прямым, открытым, плачущим в машине после ареста любимой девушки, – и весь мир, жуя, наблюдает за его смертью.