Чудная семья Уиллеров. Двое детей, очаровательная Эйприл, заботливый Фрэнк. Они живут в небольшом домике на Revolutionary road. Однако революция назревает отнюдь не на одноименной улочке, а в доме, дерзко взгромоздившемся на холме. Болезненная и истеричная история, оказывается прекрасной драмой о большом мире, в котором жили двое людей.
Они познакомились на вечеринке. Он показался ей самым интересным человеком в ее жизни. Она была начинающей, лишенной таланта актрисой, а он – работал везде, где придется. Потом он рассказал ей о Париже – городе по-настоящему живых людей. Эйприл верила каждому слову Френка и, так же как и он, хотела жить. Когда она забеременела впервые – они купили дом на холме, в тихом пригороде. После второго ребенка Фрэнк перестал мечтать. А Эйприл все еще верила в то, что можно все бросить и уехать в Париж. Навсегда.
Название фильма, появляющееся лишь на десятой минуте, кажется вердиктом: пара, которая всегда видела себя особенной, которая решила перерезать нить, связывающую их с буднями, одним резким движением – они хотели идти другой дорогой. Тяжелое ощущение подвешенности – план переезда то кажется несбыточной мечтой, то реальной задачей из ежедневника - позволяет практически ощутить то, насколько желанны этот «побег», эта возможность выбора.
«Пустота и безнадежность» - так смело они называли своей ненавистный образ жизни. Образ фальшивого мира их личных 50х – серых клонообразных клерков, дамочек в цветных платьях, обязательных встреч с соседями за чашечкой кофе или чего-нибудь покрепче. Жизнь течет по старому, многими поколениями выработанному, руслу.
Но Эйприл мечтала перестать быть только на словах «особенной парой», которую на самом деле считают слегка ненормальной. Она хотела вырваться, найти свое счастье. Хотела, чтобы Фрэнк был с ней, чтобы он тоже искал. И все это в Париже – городе, который представляет собой совсем другой мир: свободный, живущий, встречающий перемены с открытыми объятиями.
«Дорога перемен» стелется постепенно. Сначала мечта рождается, потом она балансирует на грани существования и уничтожения, и, наконец, происходит тот самый, почти революционный слом.
Сэм Мендес не просто возродил пару Уинслет и Ди Каприо, он еще и вернулся к «Красоте по-американски», фильму, ставящему огромное число вопросов. «Где счастье? Какое оно? Можно ли быть не как все?» - и есть ли вообще у кого-либо ответ?
Автор: Алина Епишкина