Рецензия к фильму "Шаолинь" от Guest

Генерал Хо Джи (Энди Лау) - воинственная и пропитанная патриотизмом личность. Он стремиться объединить весь Китай под своим началом, и, одновременно с этим, не допустить европейской интервенции. Планомерное истребление всех своих врагов приводит его, в конце концов, во внутренний двор Шаолиня, священное место, которое он осквернил, убив в нём своего очередного конкурента. Вернувшись в город он решается на самую радикальную меру в отношении последнего соперника, бывшего когда-то его братом по оружию. Но убийство проходит совершенно не так, как он задумывал. Его предают, и ему, с маленькой дочуркой на руках, приходится бежать от самой смерти туда, где ему меньше всего рады. Ему приходиться бежать в Шаолинь.

Большинству людей на западе режиссёр Бенн Чан известен, прежде всего, как режиссёр нескольких "джекичановских" кинолент, как то: "Новая полицейская история", "Кто я?" и "Младенец на 30.000.000$". Но, чего греха таить, это самое "большинство" - довольно малая и незначительная толика киноманов, ибо, как известно, Китай и Запад до сих пор живут словно на двух соседних, но разных планетах, а большинство вышеупомянутых фильмов теряются на фоне более сильных картин с участием самого известного на западе китайца гонконгского происхождения. Я, к своему стыду, не видел ни "Города в осаде", ни "Связь", ни "Неуязвимую мишень", но свежее творение творческого "я" Чана, картина "Шаолинь", меня лично довольно приятно удивило.

Заранее оговорюсь, что это не "джекичановский фильм". Знаменитый гонконгский актёр и боец руками, ногами и прочими частями тела здесь отходит на второй план. Но, как истинный "Сын Запада" (отбросим нюансы моего русского происхождения) не могу не начать с Джеки нашего Чана. Поначалу мне казалось, что его роль впихнули в фильм только и исключительно ради него самого. Плюс одна знаменитость мирового уровня = плюс пятьсот очков к уровню солидности ленты. Но дальнейшее развитие событий заставило меня изменить своё мнение, ибо его персонаж довольно изящно вписывается в общую картину, под конец превращаясь в светлый луч надежды. Не зря он был привлечён к участию в этом фильме, совершенно не лишний плюс.

Весь фильм смотрится довольно легко, даже моменты перевоплощения главного героя из холодного тирана в смиренного монаха не превращаются в клубок сумбурных сцен, наполненных угнетением, китайским пафосом и просветлением, как это часто бывает в лентах подобного рода, в особенности сделанных в Голливуде. Пожалуй, отсутствием бросающихся в глаза тибетских стереотипов "Шаолинь" обязан именно тому, что он был снят на Востоке, а не на Западе, благо со времён "Героя" китайский кинематограф заметно эволюционировал. Никаких мутантов-учителей, убивающих пятью ударами и останавливающих пули на ходу, никаких учебных истязаний, никаких пробежек по воде на мече и по верхушкам деревьев, только истинно даосское (насколько я понимаю этот спорный термин) повествование, умеренно динамичное, в меру поучительное и красиво сделанное. Единственное, к чему можно придраться, это к традиционной, ставшей уже легендой Китайской Кинематографической Физике, благополучно посылающей к чертям половину законов физики реальной и общепризнанной. Но и здесь создателей можно похвалить за то, что количество антигравитационных прыжков и перелётов на сверхмалые расстояния стремиться к нулю.

Что же касается технической составляющей фильма, то деньги, судя по всему сэкономленные на спецэффектах, ушли на декорации. И нельзя не отметить неподражаемую, предположительно классическую китайскую музыку, в сочетании с ласкающими глаз пейзажами воссоздающую на экране истинную атмосферу поднебесной конца девятнадцатого века.

Отдельно стоит поговорить об актёрах, ибо при всей кунг-фу направленности фильма, немалую роль играют диалоги, которые, несмотря на картонный сюжет, прописаны достаточно хорошо и интересно. В первую очередь это, конечно же, Энди Лау, которому удаётся за два с лишним часа экранного времени полностью и вполне естественно перевоплотиться из вспыльчивого военачальника в спокойного послушника. Его герой, в начале грозившийся перебить всех послушников храма с настоятелем за компанию, к концу фильма с истинно христианской упорностью пытается образумить своего врага. Впрочем, врага - это сильно сказано, поскольку Хо Джи умудряется не только искренне раскаяться в своих поступках, но и полностью простить своих обидчиков, попутно примирившись с последствиями произошедших в начале картины событий. Столь наглядный и правдоподобный пример смирения, вокруг которого и строится весь фильм, несмотря на вымышленный характер событий, как минимум заслуживает уважения, и как максимум - подражания.

Джеки Ву, сыгравший в фильме одного из приближённых к настоятелю послушника Цзин Нена, мне с самого начала сильно напоминал кого-то, только кого именно я вспомнить не мог. Однако после первой трети фильма меня осенило, что я лицезрею, ни много ни мало, китайскую версию Лайама Нисона. Нет, это не особо изощрённая опечатка. Выражением лица, манерой речи, даже самой игрой он так и просился на звание тибетского Квай-Гон Джинна, только с поправкой на безволосость. Я не знаю, что повлияло на мой восприятие этого героя, но после просмотра у меня сложилось впечатление, что Ву учился именно у этой голливудской звезды, если не очно, то по крайней мере путём просмотра фильмов с Нисоном.

Герой Николаса Тсе, формальный антагонист всего фильма, получился несколько гротескным, в основном из-за избыточной импульсивности, но в целом актёр играл довольно искренне. А актёр Ю Хин вполне заслуживает отдельного упоминания благодаря его, на мой взгляд, нетипичной монголоидной внешности. Честно признаюсь, меня поразила не столько сама его внешность, в которой к азиатским чертам примешивалось что-то от гориллы, сколько эффект от этой внешности. Я вполне допускаю, что у меня извращённое чувство прекрасного, но он выглядел положительно неординарно, если не рискнуть и вовсе сказать обаятельно.

Подкачали европейцы, в лице их то ли генерала, то ли полковника, который был настолько игрушечным и неуместным, что временами хотелось его просто взять и вырезать из кадра. С другой стороны, меня терзают подозрения, что наши восточные друзья просто прошлись по их стереотипам о нас, и либо эти стереотипы высмеяли, либо собственно, нас самих. Впрочем, это уже мои догадки.

В целом фильм производит положительное впечатление. Я человек хоть и мало сентиментальный, но довольно чуткий, и временами, во время просмотра, у меня возникало острое желание хотя бы на пару месяцев съездить отдохнуть в какой-нибудь монастырь в районе Лхасы; причём не бесцельно побродить по его извилистым окрестностям, а хотя бы прикоснуться к столь загадочной и, кажется, непостижимой восточной мудрости. Всякому человеку, увлекающемуся Дальним Востоком, этот фильм, несомненно, стоит увидеть.