Рецензия к фильму "Шугалей 3" от tverdajamari

Третья часть киноэпопеи про Максима Шугалея называется «Возвращение». Нет, никакой спецоперации по изъятию наших соотечественников из лап ливийских боевиков нам, разумеется, не показали. И на то есть веские причины в виде определенных договоренностей о неразглашении деталей этой секретной операции. Вместо рухнувших застенков «Митиги», прогремевших по вольной трактовке режиссеров в конце первой части, нам показали скупую, чуть ли не немую сцену «возврата» россиян - сначала в Ливии, а затем в неназванном аэропорту с нашими военспецами.
И в этом плане изобилующая художественным вымыслом, «пасхалками» и нарочитыми аллегориями третья часть фильма явно контрастирует с завязкой основного сюжета. Пожалуй, из всего показанного именно эта сцена и была в реальности, ради неё – возвращения Шугалея – и снимались все три части фильма. Возвращение на родину состоялось, однако затем началось длительное возвращение ученого к своему профессиональному долгу, который вновь потянул его на другой конец света…
Итак, Максим Шугалей вновь вернется в Ливию, причем окажется в самой её далекой и заброшенной части, где-то в песках между египетской и чадской границей. Вновь отправиться в горячую точку без году неделя мог только непрошибаемый романтик. И здесь режиссеры порадовали зрителя, создав красочный образ лирического и в то же время брутального героя. Прекрасная дама тоже занимает свое место страдалицы, томящейся в туманном Питере в тоске по своему герою. Эту сюжетную линию режиссеры тонко обыграли с помощью песни Татьяны Булановой «Вернись домой». Строки этой песни идеально легли на изображение измученных странников в забытой Богом пустыне и последующей вскоре развязки.
И хотя концовку фильма, на мой взгляд, изрядно перегрузили, перепродав Шугалея через несколько группировок из Ливии аж в Центральноафриканскую республику, тем не менее, такова метафора. Учёный действительно после освобождения активно посещает африканские страны с исследовательской миссией, в том числе интересуется происходящим в Мали после устранения президента Деби. А потому брошенная в шутку фраза «Не хотите в Мали прокатиться?» и даже не совсем шутка. Особенно если учесть, кто именно Шугалея в конце концов по фильму освободил.
В общем, метафорический замысел показать героический путь русского ученого, готового на самопожертвование ради высоких идеалов, авторам картины, безусловно, удался. Несомненно, нынешняя практика Максима Шугалея на поприще социологии подарит ещё немало богатого материала для последующих киновоплощений его трудовых подвигов на чужбине.