Рецензии к фильмам, мультфильмам, сериалам и играм

Все течет, все меняется. Даже Санта Клаус перестал быть таким, каким его все знали. Это больше не добродушный и искренний толстяк, разъезжающий в рождественскую ночь по всему миру на своих санках, разнося детям подарки. Шагнул вперед прогресс, а вместе с ним и технологии. Теперь все это новогоднее предприятие – не более, чем сверхсекретная всемирная миссия, исполняемая целой армией эльфов под строгим контролем Клауса-старшего и его сына Стива. Теперь какой-то там один забытый ребенок не имеет такого значения, как раньше. Всего лишь статистическая погрешность, в пределах нормы. Куча нулей после точки и со знаком процентов на конце.

Если бы еще пару лет назад кто-то предположил, что абсолютно "мультипликационный" человек по имени Брэд Берд, создавший "Суперсемейку" и "Рататуя", может оказаться в режиссерском кресле очередной "Миссии невыполнимой", автор этих строк счел бы это забавной шуткой. Теперь же правильность этого выбора не вызывает никакого сомнения. "Миссия невыполнима 4: Протокол Фантом" - это лучший боевик 2011 года, а скорее всего, и нескольких последних лет, оказавшийся на голову выше многих фильмов о Джеймсе Бонде.

Все мы знаем Владимира Семеновича Высоцкого. Жил на широкую ногу, но и работе отдавался без остатка. Умер достаточно рано, но успел оставить за собой крупный след в культуре Советского Союза, став, фактически, одним из символов оной. Естественно, историю столь одиозной личности не могли рано или поздно не экранизировать. И вот на экраны наконец-то выходит художественный фильм, полностью посвященный знаменитому деятелю искусства, так сказать – "Высоцкий. Спасибо, что живой".

Вначале было слово. А много позже был Шекспир, чьи гениальные пьесы до сих пор будоражат умы как писателей и литературоведов, так и простых людей. А спустя еще четыре сотни лет в полуторавековой спор страфо- и нестрафордианцев, верхом на Эммерихе, врезался "Аноним", премьера которого уже успела вызвать определенный резонанс на Западе. Неоднозначно воспринятый англоязычными критиками, этот фильм отстаивает оксфордскую теорию происхождения Гамлета, Отелло и Ромео, согласно которой, истинным автором "шекспировских" пьес и поэм был 17-ый граф Оскфорда Эдуард де Вер. Официально признанный меценат и драматург, в "Анониме" он рассматривается как неофициальный носитель псевдонима Shakespeare.

Для Эллады наступили темные времена. Царь Гиперион с ликом Микки Рурка, движимый жаждой мести Богам, стремится освободить Титанов, и в виде побочного эффекта он бодро отправляет сотни греков в гости к Аиду. Но, увы, Олимпийцы не горят желанием тормозить все это безобразие по причинам, понятным только им самим. И, вместо того, чтобы шутя вбить в землю зарвавшегося царька, начинают в тайне друг от друга помогать перспективному юноше, имя которому – Тесей (Генри Кавилл), одолеть их потенциальную погибель. Воистину, пути Господни неисповедимы…

Казалось бы, уж у Эндрю Никкола, приложившего руку к созданию общепризнанно шикарных "Гаттаки" и "Шоу Трумана" должна была получиться если не образцовая, то, как минимум, отличная и поистине оригинальная (чтобы там не говорил о плагиате Харлан Эллис) антиутопия. На деле же столь многообещающая концепция деления на богачей и бедняков по временному, так сказать признаку, с грохотом разбилась о глухую стену боевика, причем, не высшего качества.

Новое "Нечто", приквел одноименного культового фильма ужасов 1982 года (который, в свою очередь, является ремейком фильма 1951 года) рассказывает о том, что именно случилось на той самой норвежской станции, которую исследовали герои картины восьмидесятых. Как именно существо выбралось из глыбы льда, в которой было заключено; откуда взялись обгоревшие останки, одновременно похожие и непохожие на человеческий скелет; и как вообще боролись за свои жизни норвежские полярники в компании молодой аспирантки из Штатов – именно об этом рассказывается в современной интерпретации повести Джона Кэмпбелла "Кто идет?".

Тусклый свет сквозь занавески, бардак, побитый холодильник, бутылки, помятая постель, похмелье, вид на открытое море с n-ого этажа отеля и пролетающий мимо окна планер, желающий добра всем гостям Пуэрто-Рико. Так выглядит утро Пола Кемпа, журналиста, прибывшего в Сан-Хуан в поисках работы. Так выглядит начало "Ромового дневника".

Атос-аквалангист, Арамис-эквилибрист, хамоватый Портос, постпубертатный д’Артаньян, еще более постпубертатный Людовик, Бэкингем-метросексуал, Миледи, подражающая японским ниндзя, летающие полу-парусные корабли-дирижабли, Система Охраны Ожерелья, воздушные бои на расстоянии добрых четырех сотен метров над поверхностью Ла-Манша и Дюма-отец, вращающийся в гробу со скоростью, которой, при подключении к прозаику пары генераторов, хватило бы на электрификацию двух Парижей – примерно так можно описать радикальное творческое переосмысление бессмертного произведения французского писателя Полом Андерсоном.

Режиссер Шон Леви - большой специалист по семейным комедиям. Весьма успешная "Оптом дешевле", чуть менее успешная "Розовая пантера". Словом, этот человек хорошо знает, чем угодить непростой аудитории, состоящей из все еще жаждущих "большой и чистой" домохозяек и их потускневших мужей. С выходом "Ночи в музее" в творчестве Леви явно наметился крен в сторону фантастики. Тоже семейной, но уже привлекательной для более изощренного зрителя, вроде детей и страдающих от собственной неоцененности клерков. Но, сняв "Живую сталь", режиссер умудрился раздразнить рецепторы не только всех вышеперечисленных, но и брутальных мужиков, беснующихся на спортивных состязаниях и предпочитающим всем попкорнам кусок стейка с кровью.